Прощение. Принятие, II-5

Четверг, 17 октября 2013 09:07

Психологический центр АЛАНОН, 25.11.2005, пятый этап

 

 Видеосъемка Натальи Гилёвой

 

 

 

Сестра Павла: Сегодня пятый этап, последний. После того, как его пройдете, все должны быть уже исцелены и здоровы, и всё, и конец, и не нойте больше (смех в зале).

Это не смешно, я серьезно говорю, а тут смеются.

Из зала: Мы радуемся.

Сестра Павла: Хорошо.

Из зала: В предвкушении здоровья.

Сестра Павла: Да-да-да. Я говорю серьезно. Пять этапов пройти – кому на это уйдет несколько месяцев, кому одна ночь, а кому несколько долгих лет, это по-разному бывает. Святой Петр учился у Иисуса три года и как бы не совсем доучился. Апостол Павел – одна встреча, несколько дней в слепоте, ну и всё. Так что по-разному люди идут.

Скажите мне, пожалуйста, честно, кто пытался по этим этапам идти? Кто пытался из вас? Те, кто с самого начала, с первого этапа начинали, кто пытался эти упражнение делать?

Из зала: Пытались все, наверное.

Сестра Павла: Вот видите, я правильно решила, что не надо ничего рассказывать.

Из зала: Ну, кто же будет признаваться, что не получилось.

Сестра Павла: Не, я не спрашиваю, у кого получилось, я спрашиваю, кто пытался – такой был вопрос.

Из зала: Пытались.

Сестра Павла: Пытались, прекрасно (смех в зале). Что с вами? Я разве не четко говорю? Кто пытался? Расслабьтесь. Висит человек на ветке и темнота, думает, там пропасть. «Отцепись от ветки», – голос, Бог ему говорит. Нет, конечно, не отцепиться, а потом замерз. А потом, когда его спасали, полметра было до, земли, понимаете, это вот такая ситуация. А что будет потом? Всё надо держать под контролем. Какой вопрос может следующий эта сестра задать вообще неизвестно, так что лучше на всякий случай молчать (смех в зале). Правильно! И вы спрашиваете, почему исцеление не идет – вот вам, пожалуйста. Так что поэтому и не идет исцеление, потому что мы не делаем первый шаг, а потому что какой будет второй? Страшнее первого, это точно.

Из зала: А на пятом умереть можно (смех в зале).

Сестра Павла: Умереть можно и на первом, но хочу вам сказать, что умереть вообще можно до начала процесса (смех в зале). Спасибо вам огромнейшее, что вы не ответили на мой вопрос, потому что благодаря этому вы всё поняли, почему не получается исцеляться, почему? Потому что понятно, какой сделать первый шаг, но какой будет второй…? Хорошо, отлично, спасибо вам огромное, какие вы мудрые люди!

Пятый этап называется акцептация. Не бойтесь этого слова, можно его выучить, можно его усвоить. Это принятие, но это несколько шире, чем принятие. Я сегодня расскажу, что такое акцептация и потом можно будет уже усвоить это слово.

Сначала переходный этап между депрессией и акцептацией. В чем он заключается? Переходный этап между депрессией и акцептацией заключается в том, чтобы расстаться со своим идеальным образом. Нам хочется быть идеальными или нам хочется хоть в какой-то степени быть совершенными или хоть в какой-нибудь области хочется быть идеальными или совершенными. Надо расстаться с этим образом и принять актуальный образ, это значит то, что есть, не побояться увидеть, что есть и это принять. Это момент вот этой ответственной грешности, позиции ответственного грешника. Ответственный грешник, помните, это было на этапе депрессии. Кто не помнит, или кого не было, перепишите у других, тут все записывают на диктофоны, конспектируют, так что можно это переписать, что это такое – ответственный грешник. Значит, надо расстаться со своим стремлением к совершенству, с этим надо расстаться. Надо стать просто человеком, вот таким, какой я на самом деле. Не таким, как хочу стать, а для начала таким, какой я есть, потому что я всегда бегу впереди паровоза, поэтому я даже не знаю какой паровоз точно. Весь вагон обегала, вагона не нашла. Я это хочу проиллюстрировать отрывком из Евангелия от Луки. Это в 7-й главе найдете. И вы, пожалуйста, потом дома найдите себе этот отрывок и прочтите еще раз, Лука 7 глава:

Лк, 7: 36-50

Некто из фарисеев просил Его вкусить с ним пищи; и Он, войдя в дом фарисея, возлег. И вот, женщина того города, которая была грешница, узнав, что Он возлежит в доме фарисея, принесла алавастровый сосуд с миром и, став позади у ног Его и плача, начала обливать ноги Его слезами и отирать волосами головы своей, и целовала ноги Его, и мазала миром. Видя это, фарисей, пригласивший Его, сказал сам в себе: если бы Он был пророк, то знал бы, кто и какая женщина прикасается к Нему, ибо она грешница. Обратившись к нему, Иисус сказал: Симон! Я имею нечто сказать тебе. Он говорит: скажи, Учитель. Иисус сказал: у одного заимодавца было два должника: один должен был пятьсот динариев, а другой пятьдесят, но как они не имели чем заплатить, он простил обоим. Скажи же, который из них более возлюбит его? Симон отвечал: думаю, тот, которому более простил. Он сказал ему: правильно ты рассудил. И, обратившись к женщине, сказал Симону: видишь ли ты эту женщину? Я пришел в дом твой, и ты воды Мне на ноги не дал, а она слезами облила Мне ноги и волосами головы своей отёрла; ты целования Мне не дал, а она, с тех пор как Я пришел, не перестает целовать у Меня ноги; ты головы Мне маслом не помазал, а она миром помазала Мне ноги. А потому сказываю тебе: прощаются грехи её многие за то, что она возлюбила много, а кому мало прощается, тот мало любит. Ей же сказал: прощаются тебе грехи. И возлежавшие с Ним начали говорить про себя: кто это, что и грехи прощает? Он же сказал женщине: вера твоя спасла тебя, иди с миром.

Симон, представитель совершенной личности, образ совершенной личности. Симон был приличным фарисеем, который всё соблюдал как положено, всё было по закону, поэтому считал, что он близко Бога, настолько близко, что он может критиковать Иисуса, и настолько близко, что он может осуждать любого другого человека. До такой степени, наверное, Симон думал о своем совершенстве, что не заметил, что сказал: «Если бы он пророк, видел бы какая женщина к нему прикасается». Пророк для этого и есть, чтобы такие женщины к нему прикасались. Бедный Симон запутался совсем, но как же удивился, когда услышал вслух Иисусом сказанные его собственные мысли, какое было удивление, оказалось что все-таки пророк, наверное. Женщина думала, что она грешница и что она очень далеко от истины, и от света, и от любви. Она просто раскаивалась, у неё не было рассуждения какого-либо, она пришла раскаяться, потому что она знала, что она грешница. Симон в своем совершенстве даже не знал, что он грешник, он не знал, что он гордый человек, он не знал, что он человек, который осуждает. Значит, чтобы перейти к этапу акцептации надо оставить свое совершенство, потому что мы и так совершены и вряд ли ими станем, если будем к совершенству стремиться. Совершенство, извините меня за выражение – это отход производства. Не думаем о своем совершенстве, а разрешаем Богу себя любить так, как эта женщина. Она не думала, что она чем-то хорошая, она пришла к Иисусу. Между прочим, сломав очень многие общественные устои. В то время фарисеи, грешная женщина, мужчины собрались за столом, она приходит туда, понятно, что они сначала про Иисуса думать в такой ситуации. Что за человек, раз такая даже сюда может к Нему придти. Мы не должны быть героями и этого Бог от нас вовсе не хочет. Даже жизнь этого не хочет от нас, чтоб мы были героями. Мы должны попробовать быть собой. Не героем, а просто собой. И не думать, о том, что я чего-то достоин, не достоин, заслуживаю, не заслуживаю. Только думать надо о той любви, которая может меня поднять, которая может меня исцелить, об этой любви надо думать, а не о том, насколько что-то получается, не получается, и так далее. Потому что к этапу акцептации никогда не перейдем. Будем много лет находиться в состоянии депрессии.

Трудности на этом переходном этапе понятно какие – просто мы хотим остаться идеальными, не хотим стать ответственным грешниками. Боль и обиду мы хотим вычеркнуть. Как мы иногда говорим: «Я бы хотела бы вообще забыть, что происходило в моей жизни». И тогда к акцептации никогда не придем, никогда, если я хочу забыть, что происходило в моей жизни. Не надо забывать. То, что происходило в моей жизни надо принять как источник роста, потому что то, что происходило в моей жизни, дало мне направление на моем пути жизненном. Не надо ничего вычеркивать, никакой боли, никакой обиды, не надо её стирать. Мы иногда хотим её стереть как файл в компьютере, но понимаете, файл можно, а обиду нет. Хотим сделать как-то так, что этого всего не было, и оно нам очень мешает перейти. Значит,
на этап принятия, акцептации мы переходим тогда, когда становимся реалистами.

А то иногда, знаете, мы иногда годами рассказываем сказку о том, что вот сейчас-то я лягушка, но на самом-то деле царевна, только почему-то эта ночь не наступает, когда я меняюсь, почему-то нет этого поцелуя, который меня меняет. Значит, начинаем переходить, когда становимся реалистами. И когда уже не хотим быть идеальными.

И сейчас вам расскажу, какие есть признаки акцептации.

Первый признак он очень похож внешне на этап вытеснения – всё в порядке. Только на этапе вытеснения я блокирую в своем сознании доступ к информации, что меня ранили. Я туда ставлю стенку, блокаду – этого не было ничего, меня не ранили, не обидели, все нормально. Здесь: да, это всё было, и всё прекрасно, я пришла к тому, что на самом деле всё прекрасно и поэтому всё в порядке.

Всё это было действительно, я не пытаюсь об этом забыть, но я вижу сейчас положительную сторону этого всего. Ситуация, которая дала мне сделать какие-то выводы. Может, ситуация, которая меня открыла. Может, благодаря ужасу, который происходил, я начала думать совершено по-другому о моей жизни. В конце концов, может быть, я открылась наконец-то на мир чувств в моей жизни, который был все время заблокирован. До такой степени ситуация была сложной, можно сказать, может быть была даже ломкой – и слова Богу! Потому что у меня внутри что-то открылось, по-другому оно бы не открылось. Поэтому иногда Бог действительно нам посылает очень сложные ситуации и очень серьезные испытания. Для того, чтобы мы с Ним начали говорить, мы, не наши маски, не наш фасад.

Следующий признак. Вижу, что сложный опыт – это дар. Так как Виктор Франкл, который благодарил Бога за то, что он в концлагере у него немцы отобрали его рукопись, потому что благодаря этому он пережил концлагерь. И не только с ума не сошел, а еще обогатился. Вижу, что сложный опыт – это дар. Не сам по себе сложный опыт и не само по себе страдание, поймите хорошо, потому что тогда бы это был мазохизм. Не сам по себе, а последствия, его последствия – это дар. То, что я поняла благодаря этому опыту.

Следующий признак – я вижу, что расту в опытности и мудрости. Может быть, у вас есть такой опыт, знаете. С чем-то было тяжело, потом вдруг говорите с человеком и сами слышите, что вы говорите хорошо. Расту в мудрости и опытности.

Следующий момент. Внутренне открываюсь на мир моих чувств. Что это значит? Перестаю бояться моих чувств, чтобы я там не нашла – это всё мое. Ничто человеческое мне не чуждо. Всё что там нахожу – это мое и перед собой уже ничего не прячу. Набираюсь смелости увидеть себя такой, какая я есть. И увидеть чувства, которые во мне есть.

Следующий признак. Возрастает в нас терпение и терпимость к другим, исчезает потихонечку категоричность и фанатизм. Такой вот человек, флегматиком родился, не сделаешь из него холерика. Если у вас есть дети такие, то не надо их темп ускорять, если потому что сломаете личность, нельзя этого делать. Родился флегматиком и прекрасно, потому что, знаете, если бы на свете жили только холерики, то, наверное, в течение 2-3 дней нас было бы процентов на 50 меньше на земном шаре. Так, исчезает категоричность. «Я так сказала и так должно быть», «мое мнение объективное и достоверное», абсолютно, причем в абсолютной степени. «И только попробуйте подумать по-другому», начинает эта категоричность исчезать.

Иисус тихонечко становится родным. Не вот этим великим Богом, Который приедет в конце времен и будет нас судить и отделит, понимаете, баранов от козлов. Иисус становится родным, тем, который меня понимает, принимает и Который видит меня изнутри, и я совсем этого не боюсь. Начинает на лице появляться улыбка. Не дежурная, не просто зубы показываю, а улыбаюсь. И потом начинает появляться смех, я начинаю смеяться, прямо от души начинаю смеяться. Действительно, когда мы начинаем смеяться, первых несколько раз это может действительно может странно звучать даже для нас самих, если мы не смеялись громко от души пять лет, например, и вдруг начинаем смеяться, это действительно немного странно звучит.

Сны у меня становятся спокойные и радостные, вижу спокойные и радостные сны. Или начинают появляться такие сны у меня.

Начинают меня радовать простые вещи. Вот снег пошел – хорошо, дождь пошел – хорошо, о, будильник утром прозвенел – хорошо! Понимаете, простые вещи. Я радуюсь оттого, что услышала этот будильник утром. Начинают меня радовать простые вещи. Не ожидаю на день рождения, что принесут мне в подарок норковую шубу. Принесли, не знаю, что-то там принесли, а я действительно радуюсь, я не показываю, что я радуюсь, не изображаю радость, я действительно радуюсь, вот как здорово. Значит, не должны появляться какие-то великие вещи, чтобы меня порадовать.

Меня начинает радовать моя работа.

Я становлюсь более внимательным к себе, разумеется, и к другим людям. Моя молитва становится честной – не встаю с утра и не бормочу с утра эти слова, которых вообще не понимаю, только встаю перед Богом и говорю ему то, что есть сейчас во мне. На этапе акцептации я уже знаю, что сейчас во мне, и это Ему и говорю. И у кого из вас тяжелый опыт насчет молитвы в таком плане, что какие-то непонятные слова, по каким-то молитвословом, тяжело всё это. И вообще, вроде знаешь, что надо помолиться, а вот никак этот молитвослов не открывается. Потому что он на этом этапе тебе не нужен, надо просто перед Богом встать и предстоять перед Ним вот такая, какая я есть для начала. Например: «Господи я Тебя сегодня так боюсь, что даже смотреть мне страшно на Тебя, в сторону любой иконы, в сторону любой церкви, мне страшно туда смотреть, не могу сегодня смотреть. Исцели мой страх, исцели мое сердце» – вот помолились. И увидите, что начнете чувствовать вкус молитвы. А потом уже успокоитесь, и в церкви нормально будет, и ладан не будет мешать, и можно будет помолиться молитвами по часослову, по молитвослову.

Начинаю принимать страдание любого вида и радуюсь росту, которые дает это страдание. Здесь я уже могу простить моих врагов – тех, кто меня обижал, издевался надо мной, насиловал меня, и так далее.

Вопрос: А если мне не хочется с ними разговаривать?

Сестра Павла: Сейчас к этому придем, если не хочется – и не надо, хватит им пожелать всего хорошего. Только по-нормальному всего хорошего. С некоторыми нельзя даже разговаривать, потому что это скорпионы, которые как ни делай, всё равно укусят. Вот так как Иисус, разговор с грешницей, пожалуйста. А как Он с фарисеями общался и как говорил? Смотрите, чтобы вы не заразились их ядом, яд фарисейский. С некоторыми людьми нельзя разговаривать, потому что яд потихонечку перейдет в нас, и умрем от него. Обнимаем мое страдание, опять же, не потому, что я мазохистка. Только потому, что я вижу, какие плоды оно дало, на этапе акцептации я уже вижу.

Постепенно перестаю бегать и искать новые техники выздоровления. А то одна группа, вторая, десятая, потому что нужно исцеляться. Один семинар, второй, очередной, потому что нужно исцелиться. Конечно, и группы нужны, и семинары нужны. Я не хочу сказать, что они не нужны, но перебор вреден. Понимаете, любой перебор вреден. Вот возьмешь Библию, будешь сутки беспрерывно читать – очень вредно. Будешь молиться сутками через силу, если это не по вдохновению Духа Святого – очень вредно, потом никогда в жизни молиться не захочется. Значит, постепенно перестаю бегать и искать новые техники выздоровления, терапии. Послушайте, я только хочу сказать, если вы выбрали один путь терапии, то идите именно этим путем! Не надо пробовать все методики, это очень вредно. И к этому врачу побежала, и к этому, и к этому. А там сказали, что там хороший психолог, и там хороший, надо же всё проверить. Я пойду и этому скажу то же самое, и этому, и этому, посмотрим, что мне скажут. И вместо лечения что получается? Бегаю и сплетничаю. И всё, весь лечебный процесс, пожалуйста. Нельзя, нельзя этого делать! И духовных наставников у нее пять и десять у нее психотерапевтов, плюс еще два психолога, три психоаналитика, чтоб точно помогло, да.

Из зала: Что быстрее.

Сестра Павла: Чтоб быстрее, да-да-да, будет очень быстро (смех в зале). Почему я еще об этом говорю? Множество групп, множество всяких лекций, множество врачей, множество всяких семинаров. Понимаете, что они делают? Они не разрешают углубиться. Ты остаешься всё равно на одном уровне. Если прошел один семинар, допустим, и он через тебя прошел, то ищи следующий, но тот, который глубже тебя ведет. Если это просто как бы в другом ракурсе, но на этом же уровне, он тебе не нужен. А если тот, через тебя не прошел, то проходи его еще раз, но точно тот же, и тогда не будет вредно. Просто вот эта беготня она действительно не разрешает нам войти глубоко во внутрь себя. И понимаете, что происходит. На самом деле оказаться может, что все семинары, группы, лекции, все занятия, все психотерапии они меня просто закрывают на мою настоящую проблему, они меня просто закрывают. Они являются очень тонким таким защитным механизмом, только чтобы не войти в себя.

Следующий признак акцептации, прекрасный момент – я перестаю давать хорошие советы. Целебные советы перестаю давать. Хочу здесь поздравить всех мужчин, потому что когда мужчины начинают серьезно выздоравливать, у них этот пункт намного быстрее проходит, чем у женщин почему-то. Перестаю давать хорошие советы, начинаю слушать. А женщины, как мы с вами? Не посоветуешь, хотя один раз в день, жить не можешь, это ведь смысл жизни теряется. Значит, успокаиваемся, просто успокаиваемся, знаете. Не надо никого спасть бежать, не надо никому помогать, не надо советовать, не надо быть врачом и учителем и духовным наставником и психотерапевтом одновременно. Начинаем успокаиваться, и расслабляемся на этом тапе. Расслабляемся. Я не «Скорая помощь» на всю Россию. Расслабляемся.

Следующий признак тоже красивый, связан с предыдущим – я не требую от фиалки, чтобы она немедленно стала розой. Вот несмелая мелкая фиалка, а я над ней торчу и думаю, ну когда же она вырастает, когда же она вырастает, когда же она вырастает. А она же фиалка, она не может быть большой, она не может быть пышной, она скромненькая приятненькая фиалочка маленькая. А я стою, трясусь и «давай, давай» (смех в зале). Не будет розы из фиалки.

Не заставлю флегматика думать темпами холерика, и так далее понятно, что с этой фиалкой и розой. Нет у моего ребенка способностей к математике и физике, не обязательно его пихать в Бауманский, не обязательно. «О! Какой престижный университет закончил мой ребенок», а ничего что в психушке каждый год лежал? «Но вот какой диплом, какая печать на дипломе стоит, какая печать» (смех в зале), а от ребенка уже кроме язвы ничего не осталось.

Из зала: Рассмешили нас.

Сестра Павла: Ну, уже пятница вечер, завтра выходные, надо немного уже начать развлекаться, нельзя так серьезно.

Дальше. Вот, этот пункт. Моим врагам желаю всего хорошего.

Следующий пункт. Меняется содержание моих разговоров, меняется моя компания, круг общения. Уже мне не очень интересно говорить о моде, не очень интересно о спорте, не очень интересно о погоде. Не очень интересны уже все эти сплетни из большой политики, из большого кино, уже как-то не очень интересны. Я замечаю, что начинаю благодарить за комплименты, причем, обычные комплименты мне не очень нравятся, не очень меня удовлетворяют уже. А вот если оригинальный комплимент, говорю «Спасибо!».

Перестаю бояться того, того, что Иисус войдет в мою жизнь. Перестаю бояться Бога.

Следующий момент очень интересный, мне кажется. Перестаю Иисуса принуждать, чтобы шел со мной, а я начинаю идти с Ним. Кто пытается выздороветь на пути христианской психотерапии, этот пункт очень важен. Перестаю мучить Иисуса и говорить ему: «Ты должен сделать порядок с Машей, Викой, Алешей и Ваней, по-другому я не буду молиться». Я перестаю уже говорить Ему об этом, начинаю идти с Ним. Оказывается, что и те все могу жить, и я могу жить, и даже международного конфликта не будет. Значит, я начинаю идти с Ним. Короче говоря, путем перестаю управлять я, путь перестаю контролировать я, руль отдаю в руки Иисусу. И вокруг меня создается здоровая атмосфера. Ничего особого для этого я не делаю, она просто сама создается. Потому что я излучаю то, что есть во мне. Например, если я если перестаю быть советующим человеком, то другой со мной чувствует себя спокойно. Если я перестаю быть совершенным человеком, то другой рядом со мной перестает чувствовать неполноценность. Это лучшая помощь другим людям – то, что я излучаю.

Следующий момент – акцептация в Библии. Иисус только ей и учит, именно акцептации.

Акцептация в Библии. Иисус только ей и учит – акцептации. Посмотрите, женщина взятая в прелюбодеянии, можете себе посмотреть, Ин, 8. Дальше, грешница – вот то, что мы рассказывали только что, Лк,7, прощеная грешница. Блудный Сын, возвращение сына, принятие его отцом, это Лк, 15. Потерянная овца, это тоже Лк, 15. Самарянка – Ин, 4. Закхей – это Лк, 19. Потом, Святой Петр, очень хорошо посмотреть Лк, 22 уже в конце, там, где речь идет о предательстве. Святой Апостол Павел, какая там акцептация? Обращение Павла можете посмотреть. Даже интересно, знаете, даже почитать, сравнить в Деяниях Святых Апостолов три раза идет речь об обращении Павла Апостола еще Савла тогда, Деян, 9, 22, 26. Посмотрите, очень интересно это сравнить. Святой Павел очень много говорит об акцептации, он вообще-то только об этом только и говорит, на самом деле. Значит, страдание, благодаря которому я могу расти, и я за это страдание благодарю – вот это и есть состояние акцептации. И посмотрите, что пишет Павел, Рим, 8:28. А потом можно посмотреть с 35 по 39. «Притом знаем, что любящим Бога, призванным по Его изволению, все содействует ко благу».

Рим, 8: 35-39

Кто отлучит нас от любви Божией: скорбь, или теснота, или гонение, или голод, или нагота, или опасность, или меч? как написано:

за Тебя умерщвляют нас всякий день, считают нас за овец, [обреченных] на заклание.

Но все сие преодолеваем силою Возлюбившего нас.

Вот акцептация!

Ибо я уверен, что ни смерть, ни жизнь, ни Ангелы, ни Начала, ни Силы, ни настоящее, ни будущее,

ни высота, ни глубина, ни другая какая тварь не может отлучить нас от любви Божией во Христе Иисусе, Господе нашем.

Потом,

2-е Коринф, 4: 7-11

Но сокровище сие мы носим в глиняных сосудах, чтобы преизбыточная сила была приписываема Богу, а не нам.

Мы отовсюду притесняемы, но не стеснены; мы в отчаянных обстоятельствах, но не отчаиваемся;

мы гонимы, но не оставлены; низлагаемы, но не погибаем.

Всегда носим в теле мертвость Господа Иисуса…

По-гречески «агония» идет слово

… Господа Иисуса, чтобы и жизнь Иисусова открылась в теле нашем.

Ибо мы живые непрестанно предаемся на смерть ради Иисуса, чтобы и жизнь Иисусова открылась в смертной плоти нашей.

Почитайте еще, пожалуйста, 2-е Коринф, 11:23 – 12:10. Дальше, 1-е Фес, тоже Святого Павла Апостола, 5: 16-22.

Всегда радуйтесь.

Непрестанно молитесь.

За все благодарите: ибо такова о вас воля Божия во Христе Иисусе.

Духа не угашайте.

Пророчества не уничижайте.

Все испытывайте, хорошего держитесь.

Удерживайтесь от всякого рода зла.

Это акцептация в Библии.

Существует нездоровая акцептация, это как сказала одна моя знакомая, мне очень понравилось определение. Нездоровая акцептация похожа на евроремонт в аду. Еще не один раз услышите это определение, оно очень подходит. Что это такое? Я начинаю за мои несчастья благодарить Бога только потому, что надеюсь, что Он эти несчастья уберет, накажет моих врагов и наконец-то будет спокойно в этом мире – вот это нездоровое благодарение за страдание. Надеюсь, что эти все мои боли, страдания, проблемы, трудности как-нибудь исчезнут, и я буду свободной. Надеюсь, на то, что боли не будет. Не будет, но не на этой земле. На этой земле Иисус не обещал нам жизни без боли. И нездоровая акцептации заключается еще в том, что я ожидаю, что наконец-то буду совершенной. И знаете, что вам скажу, на самом деле, это никакая не акцептация, а состояние трупа. Вот когда нас положат в гробу, наши родственники закажут, как нам сделать волосы лицо и всё остальное – вот тогда будем в совершенной форме (смех в зале).

Иисус не обещал нам жизнь без проблем и без боли, Он не обещал нам убрать проблемы, Он нам обещал, что через проблемы пойдет с нами. Понимаете, этим, между прочим, отличается христианство от буддизма. Поэтому, если хотите, там, в буддизме есть всякие техники, которые ведут к нирване. Это момент, когда я уже не чувствую боли, обиды и так далее. Можно, пожалуйста, к буддизму обратится, и тогда будут все техники и чувство совершенства. А если хотите оставаться христианами, то тогда, если здесь кто-то из вас является буддистом, я не в этом плане, что хочу теперь буддистов обижать, что они все такие техники ищут. Нет, пусть каждый идет своим путем, но если кто-то хочет остаться христианином, то надо принять вот этот путь Иисуса. А путь Иисуса какой? Понятно, через страдания к воскресению. Не мимо страдания, но к воскресению. Он нам обещал, что через проблемы пойдет с нами, и не только обещал, Он и сам первый пошел через проблемы. И посмотрите, если кто-то из вас делает эту христианскую психотерапию, три пунктика, которые я каждый раз даю, то Иисус прошел через всё, через что может пройти человек, через всё.

Так вот мы пришли к трем этапам христианской терапии. На этапе акцептации как это выглядит?

Первый – говорю Иисусу о моих чувствах. Первый во всех этапах, только здесь, что говорю Ему? Иисус, пришла эта сестра Павла и все время говорит о какой-то благодарности за страдания, а я вообще не хочу благодарить за страдания, потому что то был такой ужас, что я вообще не хочу за это благодарить. То так Ему и скажите: «Я сейчас не хочу благодарить за страдание, потому что я сейчас не вижу никакого роста, я не вижу для чего мне это всё, так что ты помоги мне это увидеть». Это может быть такая молитва. Если я уже вижу, то на этом этапе говорю Иисусу: «Тяжеловато, благодарить еще не могу, но уже вижу, что благодаря той сложной ситуации у меня внутри всё открылось. Открылась новая жизнь, я это уже вижу, но благодарить еще Тебя не могу». Никогда не заставляйте себя говорить Богу то, чего нет в вас. Это будет страшный обман, который ведет в никуда.

Второй этап – смотрю на чувства Иисуса. Можете почитать здесь Нагорную проповедь, она находится в Евангелии от Матфея, 5 главе, «Блаженны нищие духом», так начинается. «Блаженны нищие духом», а то мы так все хотим быть богатыми, что к акцептации никак не придем. Спрашиваю у Иисуса на этом этапе, чтобы Он сказал человеку, который чувствует то, что я сейчас, что бы Он сказал такому человеку? Спрашиваю у Него, что бы Он сделал на моем месте: «Что бы Ты, Иисус, сделал, будучи на моем месте?» Если я честно перед Ним открываюсь и честно у Него спрашиваю, Иисус начинает приглашать меня, и я буду это внутри чувствовать. Он начинает меня приглашать к тому, чтобы я вышла из круга, эгоистического круга моего страдания, чтобы я вышла из него, из моих трудностей, чтобы я увидела не только то, что мне больно, а еще, чтобы я увидела, что благодаря этой боли произошло. Да, может быть, я дом потеряла, может быть квартиру, может близкого человека, но всегда в трудностях я могу заметить и положительную строну.

Спрашиваю Иисуса, что Он бы делал на моем месте. Здесь я начинаю видеть, что положительное мне принесла эта ситуация. Ну, например, такая стандартная вещь. Обвиняем род в том, что они заблокировали, закрыли, что ранили все наши чувства, что из-за этого мы недоверчивы, осторожны и так далее. Где-то это плохо, но где-то быть недоверчивым это очень хорошо и благодаря этому, может быть, мы, извините за выражение, не влипли в какую-то ситуацию. Благодаря этой вот недоверчивости. В общем, начинаем видеть на том этапе другой конец палки.

Третий этап, третий шаг – прошу, чтобы Иисус дал мне дал свои чувства. По-другому к этапу акцептации не придем, потому что зло больше чем мы. Зависимость больше чем мы, созависимость больше чем мы, страх больше чем мы. Но Бог больше зла, больше зависимости, больше созависимости, и так далее, больше страха. Так что сами мы ничего не побеждаем, с Ним побеждаем. Только, знаете, наш идеальный образ мешает нам в этом, потому что мы хотим победить сами. И пока мы будем хотеть побеждать сами – не победим. Потому что пока я хочу сама, я сильный человек, а сила в любой момент может сломаться, сила всегда ломается, слабость – нет. Поэтому Святой Апостол Павел говорит во Втором Послании к Коринфянам, в 11 главе, что он гордится своей слабостью, почитайте обязательно. Значит, я исцеляюсь не тогда, когда я копаюсь в себе, не когда я разбираюсь, с собой, со всеми остальными, не когда я исцеляюсь.

Я исцеляюсь тогда, когда смотрю на Иисуса и впитываю в себя Его чувства.

Или можно еще по-другому, чтобы образ более реальный. Если есть кто-то, кто меня любит, я смотрю на любовь этого человека и впитываю её в себя, смотрю на Иисуса и впитываю Его чувства в себя. А зачем тогда копаться, разбираться, искать причины, мотивации и так далее, если всё так просто? Я говорю, у Святого Павла всё произошло в один миг, в одно мгновение. Впитал всё, что принес ему Иисус и всё было исцелено. У нас это происходит по-всякому, иногда у кого-то, действительно, в одно мгновение. Но чаще всего это годы работы. Причем почему так долго, потому что мы не хотим принять помощи от Иисуса, мы хотим сами, кузнецы своего счастья. Это конечно правильно, но если кузнец я и только я, то счастья не будет. Копаться надо для чего, почему? Чтобы увидеть чтó есть во мне и чтобы действительно перед Богом «я» встало, а не моя маска, не фасад. Значит, я стою перед Богом, чтобы это было действительно «я», надо покопаться, потому что так с ходу кто-то знает, что-то сразу, спонтанно встает пред Богом, а большинство из нас нет. Перед каким Богом еще? Сначала перед собой. И тоже нет. Так что немного надо копаться, но если я копаюсь пятнадцатый год и на этом этапе я останавливаюсь, значит, что-то не то здесь. Я не иду дальше, потому точно не хочу отказаться от идеального моего образа, не хочу стать вот этим ответственным грешником.

Если я хочу думать и чувствовать как Иисус (сейчас немного из религиозной области совсем будет) мне надо быть в христианской общине и ежедневно смотреть на Иисуса в Библии, в молитве, в людях, которые Его напоминают, и конечно в таинствах. Здесь имеется в виду, прежде всего исповедь и евхаристия, причастие. Я принимаю Иисуса в себя и Он исцеляет изнутри мои раны – это евхаристия, причастие. Т.о. я постепенно становлюсь человеком, при котором другие выздоравливают. Потому что я становлюсь собой, я не защищаюсь, а значит, не создаю вокруг себя атмосферы созависимости, другие начинают при мне выздоравливать. Я не становлюсь человеком помогающим, а то иногда как придет, как тебе поможет, то комплексы в десять раз увеличатся. Просто помогающий человек, понимаете, это немного пахнет христианской идеологией. Сказали любить друг друга, флаг в руки и пошли, а здесь оно всё спонтанно работает. И на этом этапе я начинаю принимать решение. Хочу выйти навстречу другому человеку, и в какой форме я это сделаю? Кто-то думает, поедет в Африку голодных поддерживать, очень хорошо, но может быть лучше посмотреть сначала в более близкий круг. Потому что, знаете, можно спасти всю Россию, а собственного сына в дом не пустить. Это проблема. Значит, надо бы начинать с более близкого круга. Помогать Африке намного легче, чем принять своего в дом.

Еще одна мысль. Я понимаю, я сегодня несколько мыслей сказала, против которых вы можете быть, и хорошо, и будьте, будьте, потому что не обязательно надо со мной соглашаться. Исцеление – это не момент, когда парализованный поднимает руку или ногу, или когда весь поднимается и начинает ходить. Исцеление – это когда он направляет мысли и чувства к Богу. Это есть исцеление. Посмотрите, пожалуйста, Евангелие от Луки, 17 главу. Там, где Иисус исцеляет десять прокаженных. Только один иностранец вернулся поблагодарить Его, самарянин, все остальные пошли себе довольные. Посмотрите дальше. Тот человек, у которого исцеление, выздоровление не прошло до конца, он становится врагом Бога и его предает. Посмотрите на Петра. Иисус дал ему такую благодать – ты будешь камень, на котором Я построю Мою церковь. Прекрасно, Петр возгордился так, что предал Иисуса. Исцеление человека, который тридцать восемь лет лежал у Вифезды, в Евангелии от Иоанна в 5 главе. Человек даже не знал, кто его исцелил. Фарисеи у него спрашивают, потому что искали аргументы против Иисуса, он говорит, не знаю. Потом он встречает Иисуса, Иисус говорит: не греши больше, чтобы не случился с тобой что-то хуже, он идет и доносит им, что вот этот. И последнее предложение в этой перекопе, там оно звучит: «и искали евреи убить Его за то, что исцеляет в субботу». Человек, который до конца путь не проходит становится и собственным врагом, и своих близких, и Бога, если это был верующий человек. В общем, если нет роста в любви, если нет благодарности, то нет исцеления. Даже если я, допустим, перестала пить алкоголь, даже если я перестала принимать наркотики, это конечно серьезный успех, безусловно, но это не весь путь исцеления. Даже если я перестала вредить другим, если у меня есть разные такого типа успехи это прекрасно, но это не полный путь. Полный путь – это когда я открылась на любовь, принимаю себя, других людей. Вот этот момент терпимости и терпения.

Возникает вопрос: когда же я являюсь исцеленным человеком? На этот вопрос отвечает следующий вопрос: иду ли я навстречу другим? Причем, внимание! Без исключений. Если есть исключения в этом вопросе, я нахожусь на этапе выздоравливания, но я еще не здоровый человек. Так, прекрасно. Я закончила.

 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

2013 © SestraPavla.ru

Создание сайта
Студия Front-Web